PaleoNews

История цветковых растений, господствующих сегодня на суше, полна лакун и пропусков. Поэтому сообщение китайских ученых об открытии настоящего цветка в осадочных породах юрского периода вызвало острую дискуссию среди специалистов. Некоторые эксперты прямо говорят, что коллеги из Академии наук КНР явно поспешили с выводами.

 

Судя по всему, большая часть истории развития покрытосеменных попросту не попала в геологическую летопись. Согласно данным окаменелостей, первыми наземными растениями стали мхи, выбравшиеся на сушу около 425 млн лет назад. За ними последовали голосеменные (саговники, гинкго и хвойные), а затем и папоротники. Примерно 125 млн лет назад на сцене появляются покрытосеменные, а спустя еще 30 млн лет они захватывают лидерство в растительном мире, которое удерживают и по сей день.

Вопрос о том, откуда взялись покрытосеменные и какими были их первые представители, давно занимает палеоботаников. Их внезапное появление в меловом периоде было отнесено Чарльзом Дарвиным к разряду "отвратительных загадок" наравне с практически мгновенным оформлением и многих других крупных таксонов. Сегодня у науки имеется несколько смутных намеков на то, что первые покрытосеменные появились намного раньше упомянутого рубежа в 125 млн лет назад. Например, данные "молекулярных часов", основанные на скорости изменения молекул ДНК, отодвигают дату рождения покрытосеменных в юрский период или даже еще дальше во времени.

Однако цветки – ключевое доказательство принадлежности к покрытосеменным – очень хрупкий и нежный орган, имеющий исчезающе малые шансы на то, чтобы стать окаменелостью. Та же проблема и с пыльцой – однозначно идентифицировать ее в окаменевшем состоянии является задачей далеко не легкой. Возможно, юрские покрытосеменные напоминали юрских млекопитающих, говорит палеоботаник Дэвид Тейлор из университета Индианы – они были мелкими, незаметными травянистыми растениями, смиренно ожидающими на обочине эволюции своего шанса поработить мир.

И вот палеоботаник Нанкинского института геологии и палеонтологии Синь Ван представил мировому ученому сообществу свое открытие. По его словам, окаменевший цветок безусловно покрытосеменного растения датируется возрастом 162 млн лет, то есть разгаром юрского периода. "Это старейшая окаменелость цветкового растения", – уверен Ван.

Окаменелость цветка, получившего название Euanthus panii, была найдена около 40 лет назад горным инженером Кван Паном. Будучи направленным на работу в отдаленную деревню Саньцзяочэн в провинции Ляонин, он увлекся изучением ископаемой флоры и благодаря самообразованию стал признанным в Китае экспертом в этой области.

"Доказательства существования юрских покрытосеменных представляются вполне убедительными, но пока имеют статус предварительных, – заявил Тейлор. – Если бы их возраст был меловым, здесь было бы вообще не о чем спорить, но поскольку речь идет о юрском периоде, хорошо бы иметь побольше доказательств".

Со своей стороны Синь Ван подчеркнул, что Кван Пан тщательно документировал свои сборы, и найденный им окаменевший цветок происходит именно из отложений юрского периода. Уточнить возраст можно по сопутствующим окаменелостям и вулканическому пеплу, добавил Ван.

Находка сосланного в глубинку горного инженера представляет собой крохотный – 12 на 12,7 мм – но самый настоящий цветок. Это нашло отражение и в его названии: Euanthus в дословном переводе с латыни и значит "настоящий цветок". У окаменелости имеются все типичные для цветков органы – чашелистики, лепестки, пыльники с находящимися внутри пыльцевыми зернами и даже прообраз пестика. Расположение лепестков соответствует современным лилии и маку.

"Вам не нужно много знать о ботанике, чтобы узнать в нем цветок", – отметил Синь Ван. Однако многие коллеги не склонны с ним соглашаться. "Я совершенно не убежден такой интерпретацией этого ископаемого, – заявил старший научный сотрудник Ботанического сада Чикаго Патрик Херендин. – Я не знаю, что это за окаменелость, но я, разумеется, не вижу в ней того, о чем они говорят".


Статья A perfect flower from the Jurassic of China опубликована журналом Historical Biology

Doi: 10.1080/08912963.2015.1020423